Дневник лейтенанта Уппландского временного пешего полка Левенгаупта Фредерика Кристиана фон Вейе 1708-1712

 Дневник лейтенанта Уппландского временного пешего полка  Левенгаупта Фредерика Кристиана фон Вейе 1708-1712

Стокгольм, 1902

Во имя Иисуса!

 

Шведская армия под командованием вельможного и могущественного короля Карла XII заслужила в этом году такую славу и реноме, что никто не сомневался, что теперь, после побед над датским, польским и саксонским оружием, она вскоре одержит триумф в Москве, особенно когда Его Королевское Величество всемилостивейше назначил генерала Левенгаупта командовать победоносными войсками в Лифляндии. Этот поход казался на человеческий взгляд таким авантажным, что всякий, имеющий блестящие амбиции, с неохотой хотел бы упустить случай, особенно теперь, в правильное время, достичь своего богатства;

 

Июль 1708

Копия

Его Шведское Королевское Величество, мой всемилостивейший король предписал главнокомандующему армией, находящейся в Лифляндии и Курляндии, и в близлежащих границах, генералу от инфантерии, губернатору города Риги, и подчиненных крепостей, а также полковнику пехотного полка Адаму Людвигу Левенхаупту, графу Фалькенштайну, барону Рейнхольц-Кирхену,

            Объявить, что на должность второго лейтенанта, назначенную во вверенном моей милости полку и роте подполковника Ментцера, по согласованию со мной поступает прапорщик высокорожденный Фредрик Кристоф фон В..... , принимая во внимание его умение вести себя и доброе поведение; этой доверенностью также предписывается, что Его Королевской милостью утверждается оный Фредрик Кристоф фон В..... быть лейтенантом вышеупомянутого полка и роты, с выплатой ему жалования, которое, положено ему по штату этим распоряжением. Всем, кого это касается, принять к сведению. Для дальнейшего подтверждения я сие собственноручно подписал и скрепил собственной печатью.

Рига, 20 июня 1708 г .

 

Адам Л. Левенгаупт

 

Э.Й.В.Клинтен

 

Как только мною была получена эта доверенность, я подал в отставку в Ноймюнде, и уехал в Ригу, откуда отправлялся обоз, и затем проследовал к своему полку, расположенному в Курляндии.

 

2 июля во исполнение нескольких дел, порученных мне его превосходительством г-ном генералом, я отправился в Ригу и вернулся этим вечером.

3 июля. Прошли до Эккау

4 июля. Прошли до города Бауска

5 июля. Выше реки  Муза

6 июля. В первой литовской деревне

7 июля. Прошли до города Янишки

Наконец я нашел г-на подполковника Ментцера. Полк стоял в ¼ мили от него в деревне Добейке и на следующий день я знакомился с другими офицерами. Мой первый лейтенант по фамилии Браск оставался больной в Риге.

12 июля. Подполковник повелел вернуть полк в Янишки и поступил приказ ускорить выступление,  все другие полки получили такой же приказ и с тем, чтобы дорога была удобна, каждому полку было предписано следовать вначале своим собственным маршрутом. От необыкновенного дождя все ручьи и болота так разлились, что дорога стала почти непроходимой, и огромный обоз вез наше имущество вперед со значительным затруднением, так разбита была дорога. Поскольку Его Величество принял решение разгромить в этом году Россию, и  было хорошо известно, что по всей Литве в лесах не осталось домов, оттого, что неприятель сжигал дотла не только чужие, но и свои собственные земли. Поэтому,  для того, чтобы иметь средства к существованию, когда мы пересечем границы, мы получили приказ, чтобы каждый полк раздобыл провиант, обозные телеги и достаточное количество рогатого скота, чтобы нигде не иметь недостатка и не помешать Его Величеству.

 

16 июля. Выступили из Янишки и прошли до деревни Старканы

17 июля. Прошли до городка Линкава

19 июля. Прошли до городка Швабишки

20 июля. Пересекли реку Муза и расположились в дворянской усадьбе.

21 июля. Прошли до города Помпяны

24 июля. Прошли до деревни Криклане

25 июля. Прошли до деревни Титтагола

26 июля. Прошли до дворянской усадьбы Наруна

28 июля. Прошли до деревни Андронишки

29 июля. Прошли до городка Оникшки, городка, лежащего на речке Свентца. К полку лично прибыл его высокографское превосходительство, после того, как в свою бытность в Риге произвел необходимые приготовления и на время своего отсутствия оставил вице-губернатором его превосходительство ген.майора Функена.

В Оникшки были арестованы 3 еврея, которые шпионили против нас и которые за такое баловство были оштрафованы на 1000 рейхсталеров.

 

Август 1708

1 августа. Прошли до Аванты

2 августа. Прошли до Маляты, деревня

Отсюда капитан Петерс дал команду идти в Вильду, чтобы потребовать от этого города 3000 рейхсталеров контрибуции и 200 пар окованных колес. Кроме того, город  должен был быть свободен для прохода, а Карельский кавалерийский полк должен был изменить свой маршрут и уйти оттуда. Однако город пожаловался, что из-за прежних проходов ему был приченён такой ущерб, что уплатить желаемую сумму не представляется никакой возможности. Кроме того, им была предъявлена квитанция от королевского шведского военного комиссара Меландера, что недавно было выплачено королевским войскам 60.000 рейхсталеров контрибуции. Г-н генерал кое-отчего из затребованного отказался и, получив 1300 рейхсталеров деньгами, согласился принять остаток товарами, как-то 200 локтей сукна, 280 шт. Воловьих шкур, 600 пар чулок и 130 пар окованных колес.

5 августа до деревни Лабанари

6 августа до деревни Жудишки

8 августа до деревни Лынтупы

9 августа до Кобыльника, города, который находится в Белой Руси. Поскольку в пути нас застала страшная гроза с громом, молниями и градом, при этом  штормовой ветер валил на землю людей и лошадей, нашлись некоторые, которые истолковали это как предзнаменование и из этого предсказывали наше будущее несчастье в России, потому, что нас встретила такая погода, как только мы достигли означенных границ.

12 августа до Мядзёла, городок

14 августа до Хуби, дворянская усадьба

15 августа до Долгинова, город

Г-н генерал расположился в дворянской усадьбе Каролина, владелец которой ведет титул от каштеляна Смоленска. Обозные фуры представляли для армии большую помеху для ускорения марша, из всех полков приходили жалобы заменить колеса, которые ежедневно ломались, потому что были не окованы. Поэтому генерал решил дать 14 дней для их ремонта, а также подождать здесь подхода драгунского полка Шлиппенбаха, который шел из Ревеля и до сих пор не мог нас догнать.

1 сентября до деревни Саборы

2 сентября до Березины, монастырь

3 сентября до деревни Пышно

4 сентября до Лепеля, города, расположенного на большом озере, которое, вероятно, связано с Двиной. Русские укрепили здесь дефиле, потому, что предполагали, что король пойдет этой дорогой.

7 сентября до деревни Деревня

8 сентября до города Череи. Здесь генерал получил сообщение от короля, что он уже дошел до Могилева и что генерал-майор Рус (Roos) у Малятичей  (Miskewiz) был атакован русскими.

15 сентября до деревни Петровская

16 сентября до города Толочина.

Поскольку река Днепр здесь уже в непосредственной близости и деревни по сторону, вероятно, враждебны, генерал приказал полкам, которые для лучшего фуражирования шли разными дорогами, собраться у Толочина и идти дальше боевым порядкам и чтобы обоз имел сильное охранение. Весь корпус составлял примерно 11.450 чел., как видно из следующей спецификации:

Лифляндский Адельсфан, полковник Розен.................................................300

Абосские кавалеристы, полковник Энешёльд............................................1200

Карельские кавалеристы, полковник Бургхаузен.........................................800

Карельские драгуны, подполковник Цёге............................................ ........200

Драгуны полковника Веннерстедта.............................................................. 600

Драгуны ген.майора Шлиппебаха..................................................................700

Драгуны полковника Шрейтерфельда...........................................................600

Драгуны подполковника Скуга......................................................................200

Рота поляков, ротмистр Бреда (прав. Буда).....................................................50

 

 

Пехота

Аболандцы, подполк. Ваденфельд.................................................................500

Нюландцы, подполк. Лейон............................................................................500

Эстерботтенцы, подполк. Мейерфельд..........................................................600

Хельсингцы, подполк. Брюкнер....................................................................1100

Бьёрнеборгцы, ген.майор Стакельберг...........................................................800

Полк генерала Левенхаупта.............................................................................700

Полк полковника Банера, подполк. Эренберг................................................600

Подполковника Сталя.......................................................................................400

Полк полковника Врангеля..............................................................................600

Полк полковника Де ла Гарди, подполк. Фрайбург.......................................600

Подполковник Сакен.........................................................................................400

 

Артиллерия

Майор Юлленгранат............................................................................................50

Вместе с 16 пушками

 

Из этих регулярных войск надо вычесть около 1500 чел., которые управляли обозными повозками, поскольку при отправлении из Курляндии в спешке не смогли найти достаточное количество возниц и, с уходом этих людей для сопровождения обозного груза, армия была несколько ослаблена.

17 сентября дошли до Воронцевичей и стали лагерем на тамошнем поле.

19 сентября до Шклова, города на реке Днепр. Как только подошли к реке, был наведен мост для переправы армии. Река не слишком широка.

23 сентября мы перешли по мосту и направились в лагерь на Assirgische поле. Полковник Браузе, который присоединился к нам в Черее под предлогом, что он послан с секретной депешей от короля Станислава и хотел следовать вместе с армией, при нашем выступлении был задержан шкловскими жителями, за то, что он со своими людьми занимался мародерством. И, поскольку он искал защиты у генерала, от него потребовали показать доверительное письмо, но он не смог его предъявить, и произносил высокопарные речи. Из чего следовало, что его скорее следует принимать за шпиона, чем за посланника  и потому он был передан жалующимся шкловским  гражданам, которые устроили с ним настоящий кошачий танец (Katzentantz) и увели с собой назад в город.

24 сентября мы стояли без движения и  ждали обоз, который не полностью достиг лагеря. Сегодня в арьергарде впервые показался неприятель. Арьергардом командовал подполковник Платер.

25 сентября дошли до деревни Петровичи. Неприятель снова напал на арьергард, где командиром был подполковник Цёге. Некоторых мы уничтожили.

26 сентября  до деревни Белицы.

27 сентября генерал приказал, чтобы обоз шел впереди, и в то время, как полки должны были начать проходить через дефиле, к нам в тыл на поле вновь подошла неприятельская партия из 4000 драгун. Кавалерия тотчас повернула им навстречу, пехоте генерал приказал быстро расположиться в долине, планируя ближе завлечь неприятеля. Но, не желая сами попасться на удочку, мы с развевающимися знаменами появились на холме. Неприятель, увидев это, поспешно ретировался в ближайший лес. Мы оставались лагерем на поле у Белиц и ждали обоз, который ошибочно пошел на  Быхов, и подошел к нам только поздней ночью.

28 сентября ранним утром неприятель в большом числе опять показался у арьергарда. Обозу понадобилось много времени для перехода через мельничную дамбу. На левом фланге уже показалась неприятельская пехота в количестве нескольких тысяч, которые также пытались пройти через болото. При таком стечении обстоятельств генерал взял с собой большую часть наших войск и 14 пушек к переправе. И как только он перешел, неприятель начал палить из своих орудий, и несколько наших людей было убито, но мы отплатили ему с тем же эффектом. С этой стороны переправы оставался генерал-майор Стакельберг с 2-3 полками и 2 пушками, чтобы поддержать арьергард. Но русские также не стремились дальше. Они разбили свои войска на небольшие эскадроны и оставались в поле позади нас. Нескольких драгун мы убили выстрелами и после полной переправы обоза, мы пошли, прикрываемые пехотой с обеих сторон от групп казаков и калмыков, через перелесок к остальным полкам и продолжили наш марш до фатального места Лесная, небольшой деревни, расположенной в лесу. Вокруг нее было мало открытого пространства.

29 сентября в день Св.Михаила выступил с авангардом подполковник Мейерфельд, затем шел обоз вместе с полками. Поскольку генерал видел плохую диспозицию, вероятно, он не хотел здесь ожидать неприятеля, а пройти через лес в Пропойск, где было не только больше открытого пространства, но и река Сож давала прикрытие тылу. Но неприятель хотел использовать выгоды местности у Лесной и в 11 часов утра выступил в лесу вслед за нами с 30.000 чел. Темной ночью и из-за неудобства местности мы не могли создать соответствующий лагерь, полки стояли там и сям, как позволяли возможности. Итак, русские обрушились сначала на полки Де ла Гарди и подполковника Сталя. Те, в жестоком огне, отступили назад из перелеска к полкам Хельсингскому и Левенхаупта, которые встретили врага двукратным залпом, но, тем не менее, должны были уступить силе  и присоединиться к другим полкам. Тут неприятель насторожился и стал перестраиваться недалеко от кустов. Мы стояли в поле и также перестраивались; но людей было слишком мало, там и здесь между батальонами были промежутки, и неприятель значительно нас превосходил. Наша кавалерия, которая частично уже ушла вперед, во весь опор прискакала обратно к боевому порядку, и как только она прибыла, мы атаковали с большой силой и отогнали (их) обратно глубоко в перелесок. Но развить победу мы не смогли, так как неприятель образовал 3 линии, одну за другой, и, если падала одна линия, вторая заступала на её место и когда мы отступили из перелеска, все войско напало на нас, и мы понесли большие потери. Тем временем пушки непрерывно стреляли с обеих сторон. Неприятель построил свои части в перелеске в форме полумесяца, так что только тыл у нас оставался свободным. Казаки пытались в лесу ограбить наш обоз, но охрана отогнала их. Ближе к вечеру подошла наша пехота из Пропойска, куда она ушла утром и соединилась с левым флангом, в то время как генерал-майор лично командовал против правого фланга неприятеля, где стояли Преображенская гвардия, Семеновский, Астраханский и Ингерманландский полки. С обеих сторон велась страшная перестрелка, было невозможно различить отдельные залпы, в течение получаса только гром и молнии. Ветер гнал нам в лицо снег и дождь, пар и дым, этим воспользовался неприятель и напал на нас со всеми силами из  леса, так, что (их) пики и штыки почти упирались в нас, а мы могли видеть русских в упор. Рукопашный бой был жестоким, и русские оттеснили нас, но это продолжалось недолго, ночь стала нашим судьей. Неприятель отошел к перелеску, а мы с остатком армии остались на выбранном месте, не зная, кто же остался победителем.

Утром генерал отдал приказ скрытно пройти через лес к вышеназванному городу Пропойску. Наши пушки застревали на дороге в топи, их было невозможно протащить, потому что дорога после прохождения сотен фургонов была так разбита, что по ней невозможно было ехать верхом. Обоз частично был брошен на произвол судьбы, частично разграблен солдатами, потому, что в течение 2-х дней они постоянно находились в состоянии боевой готовности и были так измотаны голодом и жаждой, что невозможно было упустить добычу, а в фургонах маркитантов и евреев было много вина, пива, водки и табака. Темнота скрыла преступление. Кто хотел следовать за своей ротой, тот пошел, кто не хотел, тот остался в лесу. Поэтому, ранним утром многие из них были уничтожены, когда спали или были пьяны.

 

Потери шведов убитыми при Лесной

 

Полковник Бургхаузен умер от раны

Подполковник Ваденфельт

Подполковник Лейон

Подполковник Брюкнер

Подполковник Врангель

Подполковник Фрайбург

Подполковник Скуг

Майор Вульф

Рядовых около 2000 чел.

 

Пленные:

Полковник Розен умер

Подполковник Лейонхювюд умер

Подполковник Сталь

Ген.-адьютант Кнорринг

Ген.адьютант Лоде

Ген.адьютант Клинтен

Рядовых около 1800 чел. Были частично пленены на поле боя, частично в лесу.

 

Вернулись в Ригу

 

Подполковник Горн

Ген.квартирмейстер лейтенант Браск

Майор Лаутербах

Много ротных офицеров и около 1000 рядовых

 

Погибшие при Лесной со стороны московитов:

 

 Принц Гессен-Дармштадский; много высших и низших офицеров вместе с 10.000 рядовых были убиты и ранены.

Русские по их собственному признанию только в Преображенской гвардии имели свыше 500 чел. убитыми. Это есть истинная реляция кровавого столкновения у Лесной, которого можно было избежать, если бы наш всемилостивейший король остался ждать нас у Могилева или с Божьей  помощью можно было бы выиграть, если бы мы нашли лучшее поле и все наши войска были бы вместе. Довольно и того, что г-н генерал Левенхаупт и г-н ген.майор Стакельберг проявили исключительное руководство и храбрость, также как каждый офицер и солдат полностью выполнил свой долг, как это подтвердил Его Королевское Величество в своем манифесте, который он издал на Украине в Ромнах. Текст на шведском языке звучит так:

 

            30 сентября мы снова расположились в выгоревшем городке Пропойске и ждали противника до полудня, но у него, вероятно, не было желания нападать на нас, он довольствовался тем счастьем, которое принес ему вчерашний день. Поэтому генерал приказал пеших посадить на обозных лошадей и продолжать марш, оставив пустые повозки вместе с 1000 голов рогатого скота, потому, что не было возможности протащить их через непроходимые леса. Самое неприятное, что у нас не было вестей от королевской армии; майор Ливен и лейтенант Ульрихс, посланные генералом к королю, чтобы известить о нашем положении, по дороге были схвачены, один увезен в Москву, другой в Батурин к гетману Мазепе. Генерал предполагал получить известие от королевских войск приблизительно в  Северской земле и направился маршем в Стародуб. Перед нами была река Сож, но ни у Пропойска или где-нибудь поблизости, не было никакого моста; только один еврей сообщил, что с правой стороны от города есть место, где можно переплыть на лошадях. Когда мы к вечеру подошли туда, подполковник Мейерфельд с несколькими сотнями солдат переправился на другой берег.

 

Октябрь 1708

1 октября. Господин генерал последовал с остатками армии вплавь верхом на лошадях, кроме небольшого числа прочих остальных и раненых, которые переправились на пароме. Все же, этот переход был также не без вреда; ротмистр Рус вместе с 30 верховыми солдатами был унесен сильным течением и утонул. Некоторые заметили враждебных казаков на другой стороне реки. На этой стороне  видели в лесу калмыков,  однако, не могли ничего тентирен (?)

2 октября мы шли через огромный лес, в местности, где изредка попадалась просека, как будто крестьяне проносили дрова из кустов. Определено, что по этой дороге, пожалуй, ни разу не проходила армия. К вечеру мы расположились под открытым небом.

3 октября густой лес

4 октября  мы перебрались через маленькую речку, некоторые вплавь, некоторые на плотах. Во второй половине дня  мы встретили большое болото, и вся армия должна была наполнять его фашинами и перешла через его, тем не менее, с большим трудом, так как это происходило ночью.

5 октября  мы отдыхали

Генерал послал вперед генерал-квартирмейстера Аминова с проводником, чтобы попытаться узнать, может  ли он каким-либо образом добраться до Королевской  армии. Но он тоже  был перехвачен казаками, ограблен, и все было поставлено под угрозу  русскими князя Меншикова.

Октябрь 6 густой лес

Октябрь 7 тоже

Время от времени мы встречали маленькие деревни, где забрали зерно; но из-за ежедневного марша у нас не было времени испечь хлеб, и поэтому жили впроголодь. Потому что небольшое количество провианта, который люди смогли унести с собой в ранцах от Лесной,  было также уже съедено. Мы встречали время от времени овец, свиней, кур и гусей; однако мясо мы должны были есть без соли, и таким образом мы скверно питались каждый день, что не только многие раненые, но и здоровые из-за этого заболели(?).

8 Октябрь мы подошли к Ипути, речке, почти такой же  большой, как и Сож. О переправе вплавь не могло быть и речи, потому что не только было очень холодно, но и люди очень выбились из сил и не охотно желали этого. Посему генерал отдал приказ взять в близлежащем месте материалы, чтобы и с возможной поспешностью сделать плавучий мост, и  как только он был готов, мы по нему сразу же перешли.

9 октября мы, наконец, вышли из леса, и нашли больше деревень. Так как голодные солдаты  сильно склонялись к мародерству, гевальдигер со своими людьми их едва из этого смог удержать.

10 октября наш арьергард у одного дефиле был совершенно неожиданно атакован  вражеской партией драгун численностью примерно в 3000 человек. Они прибыли из Стародуба произвести вокруг нас диверсию, набрали такую скорость, что за этим последним дефиле настигли и уничтожили примерно 30 человек вместе с лейтенантом Мюллером из Карельского кавалерийского полка. Так только мы услышали стрельбу, мы выстроились назад фронтом вдоль кустов, чтобы оказать помощь арьергарду и таким образом принудили противника отступить.

К вечеру мы увидели 2 или 3 сожженные перед нами деревни, которые подожгли вражеские казаки, чтобы лишить нас пропитания,  и чтобы мы думали, что в этой местности нет войск королевской армии. Но они были ближе, чем мы полагали. Некоторые сведения мы получили от одного крестьянина, которого поймал наш авангард, когда он бежал в кусты, и хотел там спрятаться. Когда его спросили, слышал ли он что-нибудь о шведах, он сказал, что недавно в деревне была одна партия, которая гнала скот; была ли она шведская или русская он не знал, потому что он прятался в лесу, а они ушли через поле в левую сторону. Мы последовали на удачу за этой партией и, как только стемнело, обнаружили у следующей деревни большую количество небольших костров, разожженных вероятно военными; были они свои или враги, мы не знали. Последнее казалось маловероятным, потому что никого из нас неприятель не только не атаковал, но и на наших глазах зажег деревню. Поэтому мы остановились в поле; генерал послал вперед на разведку лейтенанта, который тут же привез радостное известие, что это были шведы, и мы могли подойти ближе к деревне.

Этим отрядом командовал генерал-майор Лагеркруна, у которого было 6000 человек, и которого король послал в Северскую землю, чтобы захватить это место и уверить жителей в милости короля, когда они останутся в их домах и в дружбе. Однако же русские здесь опередили и захватили Стародуб вместе с Новгородом Северским.

11 октября мы разместились на квартирах в ближайших деревнях, которые все были брошенные, а у Лагеркруны  было провианта не больше, чем у нас, так как свой обоз он оставил в королевской армии. Они стояли недалеко отсюда и прибыли недавно в Северскую землю, после того, как прошли огромный лес с большой потерей в людях и лошадях из-за нехватки провианта. В течение нескольких дней генерал Левенгаупт готовил Его Королевскому величеству нижайший рапорт о наших действиях и марше. Там он все благосклонно описал и затем какую радость почувствовала наша армия невзирая на то, что каждый потерял и  вытерпел в эти дни голод и жажду, мороз и холод вместе с тысячей других бедствий.

16 октября мы соединились с королевской армией, и Его Величество всемилостивейше решил, имеющиеся в корпусе Левенгаупта полки разделить таким образом, чтобы офицеры и рядовые сохранились, а полковники получили прямое приказание  заботиться о наших людях, так же как и о своих собственных.

 Разделение произошло таким образом:

Королевская армия:                                       Корпус Левенгаупта:

                                                                                    Генерала Левенгаупта

Гвардия...................................                                   Полковника  Банера

                                                                                    Подполковника Сталя

 

Вестманландцы...............................................Аболандцы

                                                                                    Бьернеборгцы

 

Вермландцы.....................................................Нюландцы

                                                                                    Полковника Врангеля

 

Дальский полк..................................................Хельсингландцы

 

Йенчепингский полк.......................................Эстерботенцы

 

Вестерботенцы................................................Де ла Гардийцы

 

Наши кавалерийские полки остались теми же, за исключением того, что карельские драгуны были объединены с Нюландским кавалерийским полком, а драгуны Скуга – с полком генерал-майора Шлиппенбаха.

Поранення Карл XII під Полтавою. Розповідь свідка подій шведського каролінера.

 

Карл XII в Україні. Розповідь каролінера. 

Відбулася Полтавська битва, про яку багато написали люди, які заздрили Карлу ХІІ і хвалили росіян. Я можу впевнено заявити, що шведи виграли так само, як і росіяни. Росіяни зранку Полтавської битви втратили стільки ж людей, скільки ми втратили наприкінці битви. Якби росіяни виграли так славетно, як вони і їхні прихильники намагаються стверджувати, то вони мали б переслідувати шведську армію. Але армія тільки на другий день перейшла через Дніпро Коли росіяни побачили, що вони не можуть перейти річку Ворсклу посередині Полтави і перевести військо у місто, вони вийшли уночі зі свого табору і у кількох місцях вздовж річки подали сигнали про те, що вони хотіли б перетнути річку і дістатися того місця, де знаходилася шведська армія. Але до того, як я опишу те, як росіяни перетнули річку, я хотів би написати про те, де король Швеції розташував частини свого війська вздовж Ворскли між Полтавою і Переволочною, де Ворскла впадає в Дніпро (з приміток: рахуючи від Полтави і Старих Санжар). Перша частина армії розташувалася недалеко від Полтави, друга – у місті Старі Санжари біля Ворскли, де граф Мейерфельдт знаходився з усім своїм полком, далі – у місті Беліц розташувався загін під керівництвом підполковника Томаса Функа, і там, де Ворскла впадає у Дніпро – стояв загін з 500 військових під керівництвом підполковника Сільверєльма. У той день, коли росіяни планували перетнути Ворсклу, вони зробили фальшиву тривогу – подали сигнали про те, що вони нібито хотіли перетнути річку у двох місцях одночасно, як я описував раніше. Над Полтавою, де вони і перейшли річку, і під Полтавою. Король розділив армію на дві частини. Найбільшу частину він залишив над Полтавою, разом з фельдмаршалом Реншельдом, щоб вони зустріли росіян, які вже перейшли річку над Полтавою.

Король сам поїхав з меншою частиною армії, що прямувала у перехід під Полтавою. Коли король дістався цього місця, його поранив пострілом у ногу російський козак з протилежної сторони річки, яка у тому місці не була дуже широкою. У козаків були довгі рушниці, які вони називали турками.

Постріли долітали на відстань до 500 кроків. Вони були снайперами і намагалися вбивати ворогів на далекій відстані. Коли фельдмаршал Реншельд побачив, що росіяни перейшли річку і почали встановлювати укриття, він хотів напасти на них до того, як вони змогли б встановити бруствер (мурована або дерев'яна фортифікація з бійницями – Ред.).

королівський лікар  робить перевязку королю. Але  мотає  не ліву ногу, а праву цим ця скульптурка і прославилася :-)

Через те, що у нього не було багато піхоти, він наказав драгунам маршувати поруч з вершниками. Це рішення було правильним, але під час підготовки, він почув новину про те, що король був важко поранений.

Тому він був змушений зупинити свою підготовку маневру і спрямувати свою частину армії до короля. Таким чином звільнивши місце для росіян, де вони змогли реалізувати свої плани. Це була та сама частина загону, яку король атакував у той же день, коли розпочалася Полтавська битва.

місце поранення Карла 12 зараз

ИНТЕРЕСНАЯ НАХОДКА 50 КОПЕЕК 1992 ГОД Украина Цена и разновидности брака штамп 2.2БАм

                           

Как не странно но эта монета выловлена с денежного   в обращения в 2021 году! И как подобный "крокодил" не попался  в сети коллекционеров ранее ? ))))

КТО И ПОЧЕМУ УБИЛ КАРЛА XII

КТО И ПОЧЕМУ УБИЛ КАРЛА XII ТОЧНО НЕ ИЗВЕСТНО ДО СИХ ПОР – СПУСТЯ ТРИ ВЕКА ПОСЛЕ ЕГО СМЕРТИ НА ПОЛЕ БОЯ

 Осень 1718 года. Уже 18 лет продолжается Северная война, один из крупнейших военных конфликтов XVIII века. В нём сошлись армии Швеции, России, Дании, Польши, Англии и других государств Европы. Боевые действия охватили огромную территорию – от Чёрного моря до Финляндии.

12 ноября 1718 года шведская армия во главе с 36-летним королем Карлом XII осадила хорошо укреплённую крепость Фредриксхалд – сегодня это город Халден (Halden) на юге Норвегии. Триста лет назад независимая ныне страна была провинцией Дании.

(В Швеции до 1753 года действовал юлианский календарь и все даты в этой статье указаны в соответствии с ним для достоверности. Григорианский календарь в XVIII веке «опережал» юлианский на 11 дней. Таким образом, осада Фредриксхалда началась 23 ноября по григорианскому летоисчислению. – прим. автора)

Уже через пару недель стало ясно, что захват крепости – вопрос лишь времени. Город с трёх сторон обстреливали 18 осадных орудий, методично разрушая укрепления. От 40-тысячной шведской армии Фредриксхалд защищали лишь 1400 датских и норвежских солдат.

Шведы построили вокруг города систему окопов и сапёрных сооружений, позволявшую осаждающим вести огонь по защитникам крепости с расстояния всего в несколько сотен шагов (метрическая система измерения расстояний в то время ещё не использовалась, а длина шага в разных странах соответствовала современным 77-88 сантиметрам).

Руководил осадой Карл XII – выдающийся полководец и исключительно смелый человек. 26 ноября он лично повел отряд из 200 человек на штурм одного из датских укреплений под стенами крепости. Король оказался в центре рукопашной схватки, запросто мог погибнуть, но не пострадал и покинул сражение только после взятия укрепления.

Карл сам контролировал инженерные работы и ежедневно обходил шведские позиции в считанных сотнях шагов от датских солдат. Риск был огромный – один меткий ружейный выстрел или удачный пушечный залп могли лишить Швецию короля. Но монарха это не останавливало. Он был смел до безрассудства. Недаром его называли «последним викингом».

Вечером 30 ноября король вместе с группой офицеров отправился в очередную инспекцию. Из окопа он долго рассматривал в подзорную трубу стены крепости и отдавал распоряжения стоявшему рядом полковнику инженерной службы Филиппу Мегре (Philippe Maigret). Уже стемнело, но датчане, чтобы видеть позиции шведов, запускали яркие осветительные ракеты. Временами раздавались выстрелы – защитники Фредриксхалда вели беспокоящий огонь.

В какой-то момент Карлу захотелось получить лучший обзор. Он поднялся выше по земляному брустверу. Внизу ждали новых указаний Мегре и личный секретарь монарха Сигюр (Siquier). Остальная свита также располагалась неподалеку. Неожиданно король упал с насыпи. Подбежавшие офицеры обнаружили, что Карл уже мёртв, а в его голове зияет огромная сквозная рана. Легенда гласит, что Мегре при виде убитого монарха произнес: «Ну вот и всё, господа, комедия закончилась, пойдёмте ужинать».

Покойника перенесли в штабную палатку, где придворный медик Мельхиор Нойман (Melhior Nojman) забальзамировал тело.

Смерть короля резко изменила планы шведского командования. Уже 1 декабря осада Фредриксхалда была снята и началось поспешное отступление от города, больше походившие на бегство.

Тело Карла на носилках через половину Скандинавии доставили в Стокгольм. Эта траурная процессия запечатлена на картине шведского художника Густафа Седерстрёма (Gustaf Cederström ) «Перенесение тела Карла XII через норвежскую границу» .

15 февраля 1719 года король был похоронен в церкви Риддархольмен в Стокогольме. Карл стал последним монархом Европы, убитым во время боевых действий. Престол заняла его сестра Ульрика Элеонора.

Поспешное отступление от Фредриксхалда не позволило провести полноценное расследование обстоятельств гибели короля. Было объявлено, что его убила картечь, выпущенная с датских позиций.

Сразу же нашлись люди, поставившие под сомнение эту версию. Сомнения оказались настолько сильными, что спустя 28 лет, в 1746 году, шведский король Фредрик I приказал вскрыть могилу Карла для повторного осмотра тела. Придворный медик Мельхиор Нойман безупречно провел бальзамирование, поэтому августейший покойник выглядел так, словно погиб совсем недавно.

Отличная сохранность тела позволила детально изучить рану на голове Карла. Врачи и военные, хорошо знакомые с характером боевых травм, сделали ошеломляющий вывод: сквозная дыра в черепе размером с голубиное яйцо была проделана не осколком картечного снаряда, как предполагали ранее, а ружейной пулей.

Это сразу ставило под сомнение версию о роковом выстреле с датской стороны. От передовых позиций шведских войск до стен крепости было около 300 шагов. По расчетам баллистиков вероятность поражения с такого расстояния мишени размером 1.2 х 1.8 метра из гладкоствольного ружья начала XVIII века составляет лишь 25%, а шанс попасть в голову человека с такой дистанции намного меньше.

Также нужно учитывать, что Карл был убит ночью при неровном свете инженерных ракет, что ещё больше усложнило бы задачу датского снайпера. Рана на черепе оказалась сквозной, что говорит о большой скорости пули, которая сохраняется лишь на небольшом расстоянии. Никаких следов свинца или другого металла в голове обнаружено не было.

Если бы монарха убила пуля, случайно залетевшая с датских позиций, она утратила бы кинетическую энергию и застряла в черепе.

Казалось бы, «датская» версия оказалась несостоятельной. Но она получила неожиданное подтверждение спустя почти два века.

Выше говорилось о том, как сложно было бы попасть в Карла из обычного гладкоствольного мушкета. Но в 1718 году уже существовали специальные крепостные ружья. Это были тяжелые и громоздкие механизмы с длиной ствола до двух метров и весом до 30 килограммов. Такое ружье сложно держать в руках, поэтому оно оснащалось деревянной подставкой. Боеприпасами для него служили конические свинцовые пули массой 30-60 граммов, а дальность поражения позволяла насквозь пробить череп даже с очень большого расстояния. Можно ли было с его помощью застрелить Карла?

В 1907 году шведский врач и историк-любитель, доктор Нюстрем (Njustrem), провел эксперимент. По старинным чертежам он собрал крепостное ружье и начинил его порохом, также изготовленным по рецепту XVIII века. На месте гибели короля доктор установил деревянную мишень размером с человеческое тело, а сам взобрался на крепостную стену Фредриксхалда, откуда выстрелил 24 раза. Сам Нюстрем считал, что датчане не могли попасть в Карла с такого расстояния даже из крепостного ружья и хотел подтвердить это.

Но результат опыта оказался прямо противоположным. Доктор угодил в мишень 23 раза, доказав, что хороший стрелок с крепостной стены вполне мог убить короля.

В 1891 году барон Николай Каульбар из Эстляндии (так в то время называлась Эстония) заявил, что у него хранится ружье, из которого по семейному преданию был застрелен Карл. Аристократ отправил на экспертизу в Стокгольм две фотографии родовой реликвии и слепок пули.

Старинное ружье оказалось весьма примечательным артефактом. На нём почему-то были выгравированы имена придворных из ближайшего окружения Карла, именно тех, кто присутствовал при его гибели.

Экспертиза выявила, что раритет был выпущен еще в конце XVII века, но в короля стреляли не из него. Страшная рана монарха на соответствовала пулям, выпущенным из ружья Каульбара.

В 1917 году останки снова извлекли из склепа (всего за три века было четыре эксгумации) и подвергли экспертизе на основании современных криминалистических методик. Впервые были сделаны рентгеновские снимки черепа.

Выводы специалистов оказались противоречивыми. С одной стороны, пуля угодила в череп слева и немного сзади, и, по мнению экспертов, не могла прилететь из Фредриксхалда. Но с другой стороны, входное отверстие располагалось чуть выше выходного, - пуля двигалась по наклонной траектории, с возвышенности, например, с насыпи или …. стены. Второй вывод уже допускал выстрел из крепости.

В 1924 году появился новый артефакт. Норвежец Карл Ялмар Андерссон (Carl Hjalmar Andersson) передал в музей шведского города Варберг (Varberg) старую пулю, которой, по его мнению, был убит монарх, но никаких доказательств этому не было. По легенде солдат Нильсон Стирна (Nilsson Stierna), служивший в шведской армии при осаде Фредриксхалда, увидел гибель Карла, подобрал пулю, навылет пробившую череп короля, и хранил ее у себя. Спустя два века артефакт окольными путями попал к Андерссону.

Примечательно, что пуля была отлита из латунной пуговицы, которая нашивалась на солдатские мундиры шведской армии. Те, кто верил в то, что именно этим кусочком металла был убит монарх, для аргументации обращались к суевериям. Карл столько раз выходил невредимым из кровопролитных схваток, что многие считали его заговоренным. Убить его можно было только чем-то необычным и близким королю. А что могло быть ближе для воинственного монарха, чем солдатский мундир его собственной армии?

В 2002 году в университете Упсалы был проведен анализ ДНК. Исследователи сравнили биоматериалы, обнаруженные на пуле, с образцом головного мозга, взятым при эксгумации останков короля, и кровью монарха, оставшейся на одежде, хранящейся в историческом музее Стокгольма.

Результат экспертизы снова оказался неоднозначным. За 284 года образцы сильно изменились под воздействием окружающей среды. Исследователи выявили только общие параметры генетического кода. Вывод был таков - обнаруженное на пуле ДНК могло принадлежать примерно 1% населения Швеции, включая Карла. Причём, на металле нашли следы ДНК сразу двух человек, что ещё больше запутало исследователей. В общем, генетическая экспертиза не прояснила историческую тайну.

Со временем появились другие факты, свидетельствовавшие о том, что Карла убили вовсе не датские солдаты.

Для начала нужно кратко описать политическую и экономическую ситуацию начала XVIII века. Уже 18 лет шла изнурительная Северная война, в которая Швеция противостояла едва ли не половине Европы. В первые годы конфликта Карлу удалось нанести серьезные поражения России, Дании и Польше, но затем последовали неудачные битвы на суше и на море.

Настоящей катастрофой для шведской армии обернулся поход на Россию в 1709 году. Карл потерпел сокрушительное поражение под Полтавой, где сам был ранен и едва не попал в плен.

Король всецело был поглощен войной и совершенно не занимался экономикой Швеции, которая оказалась в удручающем состоянии. Он провел печально знаменитую денежную реформу, при которой серебряные монеты были приравнены по стоимости к медным. Это позволило покрыть военные расходы, но вызвало резкий рост цен и обнищание населения. Шведы так возненавидели финансовые нововведения, что «автора» реформы немецкого барона Георга фон Герца (Georg von Görtz) арестовали и казнили спустя три месяца после гибели Карла.

Аристократы не раз просили короля начать мирные переговоры. В 1714 году шведский парламент (риксдаг) даже принял по этому поводу специальное постановление, которое было направлено монарху, находившемуся в то время в Турции.

Карл отверг его и, невзирая на поражения и экономические проблемы, решил продолжить войну до победного конца. За такое упрямство турки дали ему ещё одно говорящее прозвище – «Железная башка». Монарх с 1700 года практически не появлялся на родине, проводя жизнь в бесконечных походах.

Немецкий ученый Кнут Лундблад (Knut Lundblad) в своей книге «История Карла XII», изданной в 1835 году, выдвинул версию о причастности английского короля Георга I к убийству шведского коллеги. В начале XVIII века Георг боролся с претендентом на престол Яковом Стюартом. В 1715 году противостояние привело к восстанию якобитов, подавленному королевскими войсками.

Лундблад предположил, что Карл XII собирался помочь Якову, отправив в Англию экспедиционный корпус в 20 тысяч солдат для войны с Георгом. А действующий английский король решил предотвратить это, организовав убийство Карла. Эта версия имеет одно слабое место – Швеция при всём желании не могла ни в 1718, ни в последующие годы, высадить крупный морской десант в Англии. После неудачных морских сражений с Россией и Данией скандинавское королевство утратило большую часть своего флота. Георг мог не опасаться шведского вторжения.

Однако, и внутри Скандинавии, и за ее пределами было немало влиятельных людей, желавших смерти Карла.

Кнут Лундблад также описывал такую историю. В декабре 1750 года в Стокгольме умирал барон Карл Кронстедт (Carl Cronstedt), один из лучших офицеров Карла XII. Он пригласил священника, чтобы исповедаться.

Умирающий признался, что участвовал в заговоре с целью убийства Карла и потребовал, чтобы пастор отправился к другому офицеру Магнусу Стиернероосу (Magnus Stierneroos), также служившему при покойном монархе.

Кронстедт заявил, что именно Стиернероос, его бывший подчиненный, выстрелил в короля. Барон считал недостаточным собственного признания и хотел убедить покаяться еще одного офицера, причастного к убийству.

Стиернероос, выслушав священника, заявил, что Кронстедт явно не в себе и не соображает, что говорит. Пастор передал ответ барону, на что тот подробно рассказал, из какого именно ружья был убит Карл. Оно, по словам Кронстедта, до сих пор висело на стене кабинета Стиернерооса. Священник снова отправился к последнему с просьбой о признании, но офицер в ярости выгнал пастора из своего дома.

Эта история так бы и осталась неизвестной, ведь священник не имеет права разглашать услышанное на исповеди. Он описал необычную перебранку двух офицеров с своем дневнике, который никому не показывал. В 1759 году пастор умер и его записи были преданы огласке.

Убийство Карла, по словам умирающего Кронстедта, произошло в результате заговора шведской аристократии, недовольной политикой короля. В качестве непосредственного исполнителя убийства барон привлек Стиернерооса, своего подчиненного и отличного стрелка.

Вечером 30 ноября тот следовал по окопам за Карлом и его свитой, затем вылез из траншеи и занял позицию перед земляной насыпью, к которой с другой стороны подошел монарх. Стиернероос дождался, когда король выглянет из-за бруствера, и выстрелил. В последовавшей за убийством суматохе он незаметно вернулся в окопы.

Кронстедт также признал, что он и другие военачальники после гибели Карла повели себя совсем не благородным образом - присвоили всю войсковую казну. Стиернероос тоже получил очень солидное денежное вознаграждение и впоследствии дослужился до генерала кавалерии.

Информация, изложенная в записках покойного священника, не имела подтверждения и не могла служить юридическим доказательством. Но известно, что в 1789 году шведский король Густав III в беседе с французским послом сказал, что считает исполнителями убийства именно Кронстедта и Стиернерооса.

Еще одним подозреваемым считается также личный секретарь Карла француз Сигюр. Якобы именно он застрелил короля. В Швеции многие поверили в эту версию. Ведь вскоре после убийства француз в Стокгольме в приступе белой горячки кричал, что убил короля и просил за это прощения.

Много лет спустя знаменитый французский философ Вольтер, написавший биографию Карла, поговорил с Сигюром, тогда уже глубоким стариком, в его доме во Франции. Тот сказал, что признание ложное и было сделано из-за болезненного помрачения рассудка. Сигюр очень уважал Карла и никогда бы не посмел причинить ему вреда.

После этого Вольтер написал: «Я его видел незадолго до смерти и могу уверить, что он не только не убивал Карла, но сам тысячу раз дал бы убить себя за него. Если бы он был виновен в этом преступлении, то это, конечно, было бы с целью оказать услугу какому-нибудь государству, которое хорошо бы его вознаградило. Но он умер в бедности во Франции и нуждался в помощи».

Выше рассматривались разные мнения о непосредственном исполнителе, но кто был организатором заговора, если таковой всё-таки имел место?

Причастность английского короля Георга маловероятна. У него не было достаточного повода для убийства.

Больше всех от смерти Карла выиграл Фредрик Гессенский, муж его сестры Ульрики Элеоноры, которая заняла престол сразу после гибели брата. В 1720 году она отреклась от короны в пользу супруга. Фредрик правил Швецией вплоть до своей смерти в 1751 году. Многие сторонники теории заговора считают организатором убийства именно его.

Но, возможно, все эти выводы неверны и Карл погиб от случайной пули, выпущенной со стен Фредриксхалда. Разрешить загадку могла бы новая экспертиза останков с использованием самых современных технических средств.

В 2008 году Стефан Йонссон (Stefan Jonsson), профессор материаловедения Королевского технологического института в Стокгольме, в интервью ВВС заявил о необходимости новой эксгумации, уже пятой по счету. Ученый собирается изучить кости при помощи электронного микроскопа.

«Даже если имеются малейшие следы металла, мы сможем изучить их химический состав», – сказал профессор. Однако, разрешение на очередную эксгумацию останков «последнего викинга» по сей день не получено.